Россия из окна автомобиля: о комфортном городе и поминках по СССР. Россия из окна автомобиля


Россия из окна автомобиля: страна как World of tanks

БИРОБИДЖАН, 25 июня, «Город на Бире» - Каждый год 22 июня из динамиков, установленных по всему Биробиджану, раздается тревожный голос, напоминающий о начале страшной войны в сорок первом, затем звучат советские песни. В этот день по всей России проходят всевозможные акции, цель которых – подтвердить, что память о страшных событиях еще жива. Как долго еще суждено ей жить? Наверное, до тех пор, пока к мемориалам возлагают цветы. Хотя бы в праздники. А в будни о великой Победе и локальных военных конфликтах гражданам напоминают военные памятники.

Какой-то из телевизионных комиков однажды сказал, что в каждом городе России есть танк, и поэтому мы великая страна. Воспринимать эту фразу можно как угодно, пытаясь найти в ней тайный смысл. Одно я точно могу сказать: не то что в каждом городе, но и в каких-то маленьких поселках наряду с мемориалом погибшим в Великой Отечественной стоят танки и даже самолеты.

Воронежская область, Петропавловский район.

Тихорецк, Краснодарский край.

Ростовская область.

По дороге в Сальск.

Краснодар.

Белая глина, Краснодарский край.

Может быть, у нас на Дальнем Востоке это не так заметно. А вот ближе к Уралу и далеко за ним количество военной техники, в буквальном смысле торчащей из кустов в самых неожиданных местах, зашкаливает.

Танки чаще всего стоят на постаментах в центрах населенных пунктов или приветствуют гостей на въезде. Рядом всегда табличка с объяснением смысла мемориала для потомков, не нюхавших порох.

Жигулёвск.

Краснодарский край. 

А иногда бывает, что танк угрожает водителям дулом прямо с трассы, расположившись возле кафе без объяснения причин.

Курганская область.

На каких-то участках дороги установка танка кажется вполне обоснованной. Бывало даже так, что мы жалели об отсутствии хоть какого-нибудь танка в зоне видимости!

На дорогах Пугачевского района Саратовской области впору передвигаться на танке.

World of tanks - онлайн-игра в жанре танкового симулятора в историческом сеттинге Второй мировой войны. В танки играют более ста миллионов игроков. Графика этой замечательной игры погружает в атмосферу танковых баталий середины XX века.

Танков в России настолько много, что воображение само собой рисует картинки из World of tanks. Однако есть и другая причина, по которой я вспомнила об этой игре. Поколесив по стране, мы нашли немало деталей, схожих с виртуальным военным миром, который, в свою очередь, срисован с фильмов о войне. Вот только эта внешняя схожесть навевает невеселые и далекие от обсуждения компьютерной реальности мысли. 

Ленин в Тимашевске (Краснодарский край) и Ленин в World of tanks.

Эйфелева башня в Париже (World of tanks) и Эфелева башня в Кропоткине (Краснодарский край).

Разрушка в Бурятии и в World of tanks.

Деревянный барак в Иркутской области и в World of tanks.

Деревня в Бурятии и в World of tanks.

Хата с соломенной крышей в Воронежской области и в World of tanks.

Некоторые уголки нашей страны до сих пор выглядят так, как будто оттуда лишь вчера ушли немцы. Позитивные изменения тоже, конечно, есть. Пешеходные переходы, дорожные знаки, электричество. В общем то, что должно быть нормой для жителей государства, где в школах вводят уроки робототехники. Однако полно еще в России мест, где эта самая норма цивилизованного общества будто манна небесная.

 В село Нижний Ингаш Красноярского края электричество с трудом, но добирается.

Верхний Ингаш, Красноярский край. По меркам пятидесятых годов прошлого века люди живут вполне зажиточно.

Деревенские жители не привыкли роптать. Единственная обитель, где они, может, и просят для себя чего-то, это не здание поселковой администрации, а церковь. В Воронежской области маленькая церквушка есть практически в каждом селе, где-то даже идет реконструкция.

Воронежская область.

Конечно, время на месте не стоит. В городах уж точно. Супермаркеты, интернет, приложения в телефонах, машина у каждого второго. А села (их мы видели немало) не то чтобы совсем умирают, но в большинстве своем зависли в какой-то временной петле. Старенькие бабушки доживают свой век в полуразрушенных халупах. Молодежь, кто не смог уехать в город, пьет. Не самое ли время сейчас, когда над нашими головами мирное небо, двигаться вперед?

Продолжение путешествия читайте в следующую субботу в 14. 00.

Катерина ТЮЛЬКИНА

www.gorodnabire.ru

Россия из окна автомобиля. Едем к Байкалу.

Биробиджан, 10 июня, «Город на Бире» - На третьи сутки путешествия болезнь ощутимо дала о себе знать. Мы отъехали от Улётов километров на 150, и я почувствовала себя нехорошо. К насморку прибавился жар. Остановились, растормошили аптечку. Спасительный пакетик, растворенный в кипятке, только усилил неприятные ощущения. Но состояние было терпимым, чтобы ехать и даже улыбаться. Вокруг ни души, автомобилей на дороге тоже мало. Под бойкую музыку 80-х мы и не заметили, как ветер нагнал мелкий снежок, который с каждым километром усиливался.

Неожиданный порыв ветра – и видимость потеряна.

Так недружелюбно встретила нас Бурятия. Тем временем и дорога стала хуже. Вчерашнюю тишь да гладь водитель вспоминал с умилением. Выбоины, трещины, бесконечные ремонтные участки. После городка с веселым названием Хохотуй нам стало очень не смешно. 

Машина ползла медленно, как одурманенная дустом таракашка. Организм требовал бульончик или чай с лимоном. А в термосе был только ядрёный кофе, в помощь рулевому. Я облилась кипятком и в целом выглядела неважно. За окном – трескучий минус, ни одного кафе. Скромный пир на капоте также откладывался по погодным условиям.

На повороте увидели страшную картину. Перевернутая фура застряла между деревьями, опасно накренившись над обрывом. Водитель, худенький бурят, дрожал не то от холода, не то от испуга, стоя у обочины. Притормозили. Сережа спросил, не нужна ли помощь. Понятно, что фуру нам не вытянуть, но при себе хотя бы кофе, теплые вещи, мобильник, наконец. Парень сказал, что все живы и помощь уже на подходе.

Едем дальше. Болезненная слабость немного отступила от увиденного. Вывернув с опасного участка, увидели причину аварии. Очередной ремонт превратил широкую дорогу в узкую. Очевидно, тот бедолага не справился с управлением, подплясывая на колдобинах. Погода усугубила ситуацию. Парень спасся только чудом.

Муж сосредоточился на дороге. Ведь подобных участков на этом отрезке пути было полно. То, что творится с дорогой в Бурятии, федеральной трассой назовешь с большой натяжкой. Цензурные слова закончились на подъезде к населенному пункту с названием Мухоршибирь. Липкий снег размягчил дорожное покрытие в тесто, фуры выдавили себе колею, по которой наша машина проехать едва могла. Больше всего я боялась, что мы сломаемся и встанем прямо здесь.

На одном из дорожных сужений чуть было и не встали. Авто жалобно заскрежетало, воспаленное воображение выдало кучу пугающих вариантов развития событий… А потом все закончилось.

Дорога пошла вверх, плутая между горками. Местность стала более населенной. Сёла в Бурятии похожи друг на друга, как актеры в индийских фильмах.

Небольшие деревянные домики вперемежку с бревенчатыми избушками. Тарбагатай, Нур-Селение, Хойтобэе… Мы ехали в обход Улан-Удэ.

«Гора оленей» - памятник над мостом через р. Селенгу.

Здесь впервые увидели забастовку дальнобойщиков (такие же митинги позже встречали в Нижнеудинске и под Волгоградом). Протестующих против системы «Платон» было много, но это никак не влияло на количество многотонников на дорогах.

Заснеженные горы вызывали восхищение.

Ветер немного утих. Мы остановились, чтобы развести лекарство и отстучать с машины снежные бородавки.

Пообедать удалось в Бабушкине. Пикник на открытом воздухе получился очень быстрым. В апреле у Байкала мерзнешь даже в двух куртках. Само озеро не вызвало у нас эмоций, потому что было подо льдом. Но на обратном пути мы остановились на смотровой площадке в селе Култук и все-таки увидели Байкал.

 Байкал застилает туман

Больше впечатлений вызывала дорога. Бесконечные повороты, спуски, подъемы, знаки «обгон запрещен», со скал падают камешки. Тот самый Култук я до сих пор вспоминаю с дрожью: на огромной высоте дорога устроена так, что проехать можно, лишь повернув руль почти на 180 градусов. Трасса до Иркутска пугала еще и водителями. Нас обгоняли фуры, много фур. Они же гнали навстречу. Я сидела, чуть дыша. Сережа в этот день уснуть за рулем не боялся – напряжение держало в тонусе. К Иркутску мы приехали уже в сумерках. А до нашего пункта остановки в Усолье-Сибирском нужно было нагнать еще 85 километров. Ехали молча, нервно вглядываясь вдаль. В Усолье заехали уже при свете ночных фонарей, а вот движение в городе было как будто дневное. Мигающие фары, куда ехать – непонятно. Ни одной придорожной гостиницы на въезде. Вот тут пригодился заветный листик с адресом. Навигатор привел к центральной гостинице «Усолье». Наконец-то поели! От усталости еда на вкус была как картон. Единственное, что запомнилось в Усолье – это отличного качества вода, прозрачная, очень горячая, успокаивающая. Так закончился один из самых сложных дней пути. Мы проехали 1100 километров.

Продолжение путешествия читайте в воскресенье в 14.00.

Катерина ТЮЛЬКИНА

www.gorodnabire.ru

Россия из окна автомобиля: о комфортном городе и поминках по СССР

БИРОБИДЖАН, 17 июня, «Город на Бире» - Путь до Краснодара мы выстраивали так, чтобы объезжать крупные города. С одной стороны это плохо. Ведь шанс увидеть нашу огромную страну есть не у каждого, а если и есть – то один раз в жизни. Но, во-первых, у нас были четко обозначены временные рамки путешествия. Во-вторых, у нас было мало денег. Для того чтобы понять какой-то город, нужно пожить там хотя бы дня три, а жить и кушать - это и в Биробиджане платно. Но и бюджетный вариант покатушек по России помог составить определенное мнение о том, как живут люди в той или иной местности.

Туристу, у которого есть деньги, неинтересны села. Он поедет в незнакомый город, который за определенную сумму покажет ему самое лучшее. Мы же видели изнанку, которая не похожа на отутюженные улицы крупных городов.

Честно говоря, Биробиджан – не самое некомфортное место для жизни. Поверьте, у нас не такие уж плохие дороги. Есть горячая вода, свет, газ, школы, какие-никакие больницы, и даже в телевизоре не один канал. Словом, у нас есть то, что в принципе должно быть у человека в XXI веке при таком-то развитии технологий. Города, которые мы проехали до Урала, города, в которых мы были – Мариинск, Ачинск, Канск, Кемерово – в целом такие же, как наш, «с удобствами». Но до Урала городов очень мало. Гораздо больше сел и деревень, где нет интернета, отопление печное, в магазине или гостинице нельзя расплатиться по карточке, по телевизору показывают только Первый канал, а люди ходят в тряпье и пьют пушистики. Вроде и Крым снова наш, люди из центра России гоняют в Турцию или Финляндию на выходные, а принципиальных изменений в деревнях Сибири и Дальнего Востока не происходит. Едва мы выехали за Урал и взяли курс на Краснодар, картинка стала плавно меняться. Дома стали более ухоженными, люди – менее опухшими. Мы поняли, что «село в России умирает» слишком общее клише для всей страны. Но обо всем по порядку.

Итак, первое, что бросается в глаза по всей стране – это заброшенные производства советских времен. Коровники, ТЭЦ, элеваторы.

Все эти останки наводят на размышления о стране, которой уже нет. В каждой деревне обязательно стоит разрушенное здание, которое когда-то давало работу сельским жителям и строилось для людей, чьи дети и внуки теперь от безысходности торгуют у обочин дикоросами. О былых временах напоминают серпасто-молоткастые стелы на въезде в города и районы и величественные памятники в городах.

Стелы на въезде в города России. Монументальное искусство: колос - знак плодородия, гайка или гаечный ключ - символ власти рабочих. А портрет Ленина и объяснять не нужно.

Отличительная черта России – огромное количество недостроя, как нового, так и старого. Как размышляют хозяева этих недоделок? Подозреваю, так же, как водители, которые выкидывают окурки из окон своих машин: Россия большая, один окурок страну не испортит. Испортит ли недострой?

Одинокий дом в Забайкалье.

На въезде в ЕАО.

Пока хозяева земельных участков думают об их новом применении, заброшки стоят. Их поливает доджем, заваливает снегом. Грустно. Зато подросткам есть, где потусоваться, а преступникам – где скрыть следы своего негодяйства.

Уже на обратном пути из Краснодара я увидела нечто, что очень хорошо символизирует Российскую глубинку сегодня.

Село Бар, Бурятия.

Мы гордимся своими бабушками, дедушками, их победой в страшной войне. Но, к сожалению, качеством жизни гордиться не можем. Всем миром собираем деньги на лечение детям. Радуясь разнообразию сыров в магазине, снова покупаем макароны…

Воронежская область. Те, кто еще верит в возрождение великой державы, по праздникам приносят цветы к памятнику Ленина. На фоне общей разрухи это больше похоже на поминки.

В Краснодарском крае, куда мы все-таки добрались на машине, нерабочих элеваторов и разбитых домов культуры в разы меньше, чем в других регионах. Люди предпочитают покупать продукцию местного производства и стоит она в разы дешевле, чем продукты в супермаркетах. Здесь возделывают поля, выращивают ягоды и фрукты. Села, а точнее, станицы, больше похожи на маленькие городки, где есть необходимая инфраструктура для жизни, а не существования: магазины, частные медицинские кабинеты, школы, детсады.

Краснодарский край хоть и признали недавно регионом-аутсайдером в рейтинге комфортности городской среды, но, по крайней мере, в каждый хутор или станицу проведен газ, неблагоустроенных домов очень мало. Даже если сравнить первое впечатление, становится все ясно о понятии комфорта в разных частях одной большой страны.

Улица в станице Архипо-Осиповка, Краснодарский край.

Улица в поселке городского типа Ерофей Павлович, Амурская область.

Конечно, за Уралом не рай, а у нас не ад. Но чувство какой-то ущербности наших мест возникает само собой. 

Село недалеко от г. Геленджик. Красный асфальт заставляет водителей нажать на тормоз.О безопасности пешеходов в Ерофее Павловиче заботятся гравийные дороги: водителю на них не полихачишь. А еще улицу освещают модные фонари.

Комфорт включает в себя разного рода приятные мелочи. Например, в городе Тимашевске (площадь города – 30 кв. км, население на 2016 год – 52 581 человек) работает фонтан.

Пусть он небольшой, но в жару окунуть в него руки очень приятно. Как выглядит наш фонтан на Театральной площади я уже почти позабыла, ведь с ним вечно какие-то проблемы. То он закрыт крышкой, то воры крадут форсунки.

Площадь нашего города – 169,8 кв. км., население на 2016 год – 74 559 человек. По идее, больше людей – больше вандалов, которым нужны форсунки. Но в Гележджике, например, по данным на 2016 год, живет 72 030 человек. И форсунки никому не нужны. Менталитет там, что-ли, другой?

Геленджик, набережная. Кому как, а наш биробиджанский фонтан кажется мне в тысячу раз красивей. Но у него есть большой минус - он слишком часто не работает.

Что же не так с Биробиджаном? Должно быть не в форсунках дело, и не в злоумышленниках. А в нелюбви к городу, о которой недавно писал мой коллега Александр Драбкин.

Вернувшись домой, мы с мужем прошлись набережной. И нам взгрустнулось, потому что было, с чем сравнить.

Улица в Тимашевске. Когда все цветет и благоухает – город становится комфортней. Даже если там сутками чадит кофейный завод.

На фоне долгой зимы, серого неба и затяжных дождей, убитый город угнетает сознание. Разрушенный фасад филармонии, лопнувшая брусчатка, клумбы, поросшие лебедой, усталые пингвины на площади Дружбы... Видеть это некрасиво и некомфортно. И вот здесь хочется поворчать, о том, что в городе ничего не делается. Особенно, когда я вспоминаю вездесущие таблички с надписями о том, что уже сделано в другой части страны.

Конечно, подобные таблички можно повесить и у нас. Вот только без подкрепления делами смешно это будет. И грустно.  

Продолжение путешествия читайте в воскресенье, в 14. 00.

Катерина ТЮЛЬКИНА

www.gorodnabire.ru

Россия из окна автомобиля: шесть видов водителей, которые раздражают

БИРОБИДЖАН, 11 июня, «Город на Бире» - Преодолевая длительные расстояния на машине, так или иначе сталкиваешься с раздражающими факторами. Один из таких – встречные авто, а точнее, люди, которые ими управляют. Стиль управления разнится не только в зависимости от навыков конкретного водителя, но и от региона, где он живет. Проехав путь из Биробиджана до Краснодара и обратно, мы выделили шесть самых гадких видов автолюбителей, которые встречаются на трассе в разных уголках России.

Камикадзе

Кто он. Машина прижимается вплотную к впереди идущему авто, как будто намеренно сокращая своему водителю угол обзора, а затем резко выскакивает на встречку, не подавая никаких предупреждающих знаков. Тем временем на таран несется другой такой же торопыжка. Ближайшие автомобили дружно вдаются в тормоз, а кто-то вынужден круто сворачивать на обочину, чтоб спасти свою жизнь. Под Красноярском камикадзе – это каждый второй. Их не смущает загруженность трассы по вечерам, траурные венки вдоль дорог и полицейские посты. Они обгоняют даже на мосту через Енисей, наплевав на видеокамеры и на то, что в случае чего другим машинам можно отъехать только в реку, дабы уступить место для опасного маневра.

Как бороться. Один из способов обезопасить себя от камикадзе, особенно вечером, - ползти между двумя гружеными фурами. Второй вариант - идти на обгон только следом за фурой. Камикадзе, конечно, не очень ценит свою жизнь, но он и не совсем идиот, чтоб добровольно впилиться в огромный многотонник.

Пилот

Кто он. Этот водитель уверен, что его машина на самом деле самолет, который движется по отдельному воздушному коридору. Капитан печется о собственной безопасности и безопасности экипажа. Поэтому в темноте его авто передвигается исключительно на дальнем свете. При виде встречной машины он ни за что не переключится на ближний, ведь для пилота главное – видимость. Самое большое разочарование пилота, это когда навстречу ему едет точно такой же пилот. Такую картину мы наблюдали в Бурятии, где, видимо, принято ездить именно так, не боясь, что у водителя встречного автомобиля от светового удара по глазам дернется руль.

Как бороться. Даже если вы сами превратитесь в пилота и вольетесь в поток бурятских водителей, это не гарантирует вашу безопасность. Единственный выход – стараться не смотреть на фары, жмуриться и почаще останавливаться, чтобы давать глазам отдыхать.

Сударь

Кто он. Водитель, который галантно притормаживает, чтобы вы его обогнали. Он будет стараться изо всех сил прижаться к обочине, будет всячески подмигивать и уступать. Чем же он может раздражать? Да хотя бы тем, что если сударей на дороге много, и едут они в обе полосы, как в окрестностях Сызрани, то у вас велик соблазн нарушить правила дорожного движения и пойти на обгон там, где этого делать категорически нельзя. И пока вы будете выяснять отношения с сотрудником ДПС, сударь чинно проедет мимо.

Как бороться. Не поддаваться на провокации, следить за тем, где заканчивается пунктирная разметка и где стоят камеры видеонаблюдения.

Призрак

Кто он. Даже не нарушая скоростной режим, водитель-призрак может вывести из себя кого угодно. Большая у него машина или маленькая – не имеет значения. Он не включает фары, для того, чтоб сэкономить бензин. Это делает его похожим на черную кошку в черной комнате. Если идете на обгон, то призрака на встречке заметите слишком поздно. Повезет, и вам удастся вклиниться в ряд тех машин, что обгоняете. А если по вашей полосе едут несколько КАМАЗов на одинаковом расстоянии друг от друга, то вы мгновенно поверите в Бога, который подарил вашему авто прекрасные тормоза.

Как бороться. Тренировать глазомер истараться обгонять впереди идущий автомобиль, сохраняя максимальный угол обзора. В таком случае вы всегда оставляете себе шанс свернуть на свою полосу.

Праздничный

Кто он. Водитель большегруза, чье авто сверкает, как бабушкина хрустальная люстра, и вызывает ассоциации с новогодней рекламой колы. Но когда такой праздник к вам приходит неожиданно из-за угла или сайгаком выпрыгивает из-за горки, это очень раздражает. Все дело в том, что каких-то определенных нормативов, ограничивающих яркость гирлянд, которыми увешан многотонник, нет. Поэтому фантазии праздничных водителей может позавидовать краснодипломник художественного вуза. Авторы автоинсталляций редко едут в одиночестве, чаще по двое или трое. Они отлично освещают себе путь, и при этом их самих видно – тут уж не поспоришь. Вот только водитель встречной авто, обалдев от всего этого великолепия, может ненароком заехать в кювет.

Как бороться. Не ездить по ночам, даже если очень хочется скорее добраться до пункта назначения (если, конечно, вы не торопитесь на кладбище).

Фанат айфона

Кто он. Уже пятнадцать секунд горит зеленый, но у этого водителя есть дела поважнее: в социальных сетях чихают котики, пишут друзья и показывают видео, мотивирующие к чему угодно, только не к дорожному движению. Вы можете вживить в свою легковушку клаксон от КАМАЗа или пароходный гудок, но будьте уверены, фанат айфона не сдвинется с места. Огромное количество таких «зависал» в Краснодарском крае и самом Краснодаре. Жители региона видят причину пробок в неудобных развязках, большом количестве автомобилей, влиянии Меркурия на фазы Луны, но только не в своих телефонах. Уверена, если бы кто-то держал в руках руль, а не телефон, развязки перестали бы быть неудобными, на количество машин никто бы не обращал внимания, и Меркурий с Луной уж как-нибудь договорились бы.

Как бороться. Запастись терпением и альбомом какой-нибудь энергичной музыки. Иначе вы тоже можете почувствовать непреодолимое желание потянуться к телефону.

В следующую субботу в 14.00 читайте о поминках по СССР и комфортной городской среде за Уралом.

Катерина ТЮЛЬКИНА

www.gorodnabire.ru

вид из окна автомобиля, Топ статей

Рассказы о русских дорогах стали «притчами во языцех». Они повторяются из поколения в поколение и, кажется, мало что изменилось за многовековую историю нашей страны. По прежнему, несмотря на все крупные инфраструктурные проекты, дороги остаются поистине русскими. Настолько, что кое-где асфальт есть, а где-то еще вчера был, но вдруг исчез…

Не менее удивительны для европейцев и контрастные пейзажи по обочинам русских дорог: покосившиеся избы, развалины коровников и зерновых элеваторов, битый кирпич древних церквей и совсем рядом - засеянные пшеницей поля, а на горизонте - сверкающие на солнце купола восстановленных храмов.

Впрочем, старина всегда былинна, а взгляд сквозь века возможен лишь там, где еще есть история. Другое дело, что пройдет еще совсем немного, и почерневшие от времени избы с резными наличниками и маленькими мансардными окнами останутся лишь на фотографиях, да в музеях старины.

Русская архитектура стремительно исчезает, так же, как и деревня, находясь на грани.

Еще пару шагов, несколько десятков лет, и лишь почерневшие остовы от выгоревших построек будут напоминать о том времени, когда бабушки сидели перед избами на завалинках, а к домам, помеченным красной звездой, ходили дети и представители общественных организаций, чтобы помогать ветеранам великой отечественной войны, которые так же, как и их дома, стремительно исчезают с лица земли, становясь то ли легендой, то ли невероятным пластом истории, глядящим на нас с пожелтевших фотокарточек эпохи социализма…

Дом со звездою ветерана Великой отечественной войны

Ленин смотрит на российский триколор

maxanto.ru

Россия из окна автомобиля. Где самые ужасные дороги?

БИРОБИДЖАН, 24 июня, «Город на Бире» - Гостиница, в которой мы остановились после Челябинска, нам не понравилась. Едва теплый душ, неприятный запах в номере, короткие кровати. Каждый писк туриста платный. Нет, ну это просто удивительно, что в стране, где столько рек, озер и ручьев, воду из чайника не стесняются продавать за деньги. Чуть ли не по рублю за каплю! Мы в очередной раз обошлись канистрой, добрым словом вспомнив Биробиджан. За столько дней пути наша водица оставалась свежей и как всегда вкусной.

В этот день мы толком не останавливались, чтобы поглазеть окрестности. С одной стороны, осознание того, что ты находишься на половине пути, иллюзорно придает сил. Ноги не затекают, в уборную неохота, знай себе, дави педаль, пользуйся моментом! А с другой, я пришла к выводу, что психологи не врут: усталость действительно имеет свойство накапливаться. Километры тянулись, как хорошие капроновые колготы. Я часто смотрела на часы. Долго плелись по Уралу вслед за фурами. Нервничали, что теряем время. Проехали Уфу.

Урал. Вдоль дорог продают ножи, рации и огромное количество блестящих самоваров.

Последней каплей стал навигатор, который под вечер завел нас туда, куда мы ехать не планировали. Почуяв неладное, я заглянула в маршрутный лист. Названий тех населенных пунктов, что остались далеко позади, в маршруте не было. Сережа успокаивал, мол, навигатор – штука умная, и ее механические мозги договариваются с космосом, как бы так укоротить путь и тем самым облегчить участь усталого путника. Понемногу на нас опускались сумерки. И тут неожиданно машину начало вести из стороны в сторону. Дорога превратилась в тёрку.

Не так давно премьер-министр России Дмитрий Медведев заявил, что нормативному состоянию в стране соответствуют только сорок процентов региональныхдорог. Отмечу, что нормативное состояние – это наличие твердого покрытия. Эта дорога, получается, соответствует нормативам, но лексику у водителей вызывает ненормативную.

Мы въехали в Саратовскую область, но совсем не с той стороны, с которой наметили. Вместо того, чтобы подъехать к Саратову, минуя Тольятти и Жигулёвск, механический мозг привел нас в обход этих городов в какой-то Ивантеевский район. Водитель в очередной раз сбавил скорость. Уже совсем стемнело. Никаких населенных пунктов и, тем более, гостиниц. Откуда-то из-за поворота выехал жигуленок и поплелся за нами. Десять, двадцать километров…. На редких участках, где позволяло дорожное покрытие, Сережа давил газ. Жигуль тоже прибавлял скорость, но не обгонял и никуда не сворачивал. Въехали в поселок Знаменский, матеря навигатор и практически потеряв надежду на ночлег. Слава небесам – нашли мотель. Жигуленок припарковался рядом. Пассажиры – пятеро цыган – зашли в гостиницу за нами. Я переживала, что нашу японку уведут в неясные дали Ивантеевского района. Поэтому из машины мы выгрузили все, что только можно, и всю ночь боялись, как бы не вышло чего. К слову, на дорогах встречаются разбойники. На Иркутской трассе моей сестре как-то пытались втюхать «золотое» кольцо, вроде как в обмен на бензин. А сколько висит на дверях придорожных кафешек объявлений о пропаже людей! Но утро, вопреки опасениям, выдалось ясным и ничего неприятного с нами не случилось. Посчитали – еще 1100 километров позади.

Муж верил, что едва мы минуем Знаменский, дорога станет лучше. Но в глубине души он подозревал, что происходит что-то не то. С трассы исчезли все дальнобойщики. Легковушек тоже почти не было. Посмотрели по карте – едем в Пугачёв. Дороги в Пугачёвском районе оказались еще хуже, чем в Ивантеевском. Я не могла ни кофе налить, ни похрустеть печенюшкой. Сережа не отрывал глаз от дороги, однако всего ведь не углядишь. В какие-то моменты он резко и остервенело жал на тормоз. Авто подкидывало, как алкаша в абстиненции. На каком-то участке нас обошла обычная телега!

Конь – покоритель кочкообразных дорог Саратовской области.

Добрались до Пугачёва. Заметили, как в очередной раз поменялась природа.

На въезде в Пугачёв. Деревья тянутся к солнышку, а значит, мы все ближе к цели.

Город Пугачёв основан в 1764 году. В здешней архитектуре причудливо переплетается величественный классицизм Екатерининской эпохи и сдержанный минимализм современности.

Окна пластиковые, крыша новая. А здание –  настоящий памятник архитектуры.

Фотографировать удавалось на проблесках хорошего асфальта. А в целом в городе машину так же трясло, как и на трассе. Когда здесь что-то ремонтировали в последний раз? При жизни Емельяна?

И вот мы проехали Пугачёв. Гнев не утихал. Дальнобои не появлялись. В селе Быков Отрог Балаковского района нам преградили путь бабушки с граблями, которые почему-то ругались и энергично грозили кулаками в стекло. Отъехав от этого странного места, муж начал осмотр машины. Нам повезло – шиномонтаж не понадобился. Подлили масла, тащимся дальше.

Шиномонтаж. Очевидно, самое популярное место среди автолюбителей Балаковского района Саратовской области.

Направо поедешь – чего только не найдешь найдешь. Но лучше уж пешком.

После того, как колесо ощутимо стукнулось о соответствующее нормативам дорожное покрытие, Сережа психанул и поехал по обочине.

Едем по обочине. Навигатор, самовольно перестроив маршрут, сократил наш путь на двадцать километров, а по лоскутному одеялу мы протащились в итоге двести километров.

Мои нервишки тоже шалили только так. Я поняла, что музыкант Валерий Кипелов – мастер спорта по подливанию масла в огонь. Уж очень он любит рычание мотора и побрякивания мотоцикла делать частью своих музыкальных композиций. Из-за этой музыки постоянно казалось, что в машине что-то стучит. Минуя Саратов направились к Волгограду. Вот здесь трасса порадовала, не смотря на частые ремонтные работы.

Яркие столбики совсем как на экзамене по вождению.

Мы расслабились, остановились в кафе. Внимание привлекло вот такое милое дерево.

 Хозяева заведения стараются, чтобы даже птицы чувствствовали себя как дома.

Сытый водитель - добрый водитель.

Вдоль дороги появилась первая зеленая травушка. А на трассе торгуют унтами.

Через Волгоград быстро проехать не получилось. Мы тормозили от светофора к светофору, а потом долго петляли между кладбищами. Затем навигатор вывел в какие-то дачные поселки. И снова дело к вечеру, а мы едем там, где нет людей. Уже впотьмах добрели до Пролетарска, не добравшись до обозначенного в маршруте пункта остановки - Сальска. В этот день мы проехали 1080 километров. Предвкушая скорое окончание путешествия, завалились спать.

Продолжение путешествия читайте в воскресенье в 14.00.

Катерина ТЮЛЬКИНА

www.gorodnabire.ru

Биробиджан | Россия из окна автомобиля. Где самые ужасные дороги? - БезФормата

С каждым новым утром куда-то ехать хотелось все меньше, а спать все больше.

БИРОБИДЖАН, 24 июня, «Город на Бире» - Гостиница, в которой мы остановились после Челябинска, нам не понравилась. Едва теплый душ, неприятный запах в номере, короткие кровати. Каждый писк туриста платный. Нет, ну это просто удивительно, что в стране, где столько рек, озер и ручьев, воду из чайника не стесняются продавать за деньги. Чуть ли не по рублю за каплю! Мы в очередной раз обошлись канистрой, добрым словом вспомнив Биробиджан. За столько дней пути наша водица оставалась свежей и как всегда вкусной.

В этот день мы толком не останавливались, чтобы поглазеть окрестности. С одной стороны, осознание того, что ты находишься на половине пути, иллюзорно придает сил. Ноги не затекают, в уборную неохота, знай себе, дави педаль, пользуйся моментом! А с другой, я пришла к выводу, что психологи не врут: усталость действительно имеет свойство накапливаться. Километры тянулись, как хорошие капроновые колготы. Я часто смотрела на часы. Долго плелись по Уралу вслед за фурами. Нервничали, что теряем время. Проехали Уфу.

Урал. Вдоль дорог продают ножи, рации и огромное количество блестящих самоваров.

Последней каплей стал навигатор, который под вечер завел нас туда, куда мы ехать не планировали. Почуяв неладное, я заглянула в маршрутный лист. Названий тех населенных пунктов, что остались далеко позади, в маршруте не было. Сережа успокаивал, мол, навигатор – штука умная, и ее механические мозги договариваются с космосом, как бы так укоротить путь и тем самым облегчить участь усталого путника. Понемногу на нас опускались сумерки. И тут неожиданно машину начало вести из стороны в сторону. Дорога превратилась в тёрку.

Не так давно премьер-министр России Дмитрий Медведев заявил, что нормативному состоянию в стране соответствуют только сорок процентов региональныхдорог. Отмечу, что нормативное состояние – это наличие твердого покрытия. Эта дорога, получается, соответствует нормативам, но лексику у водителей вызывает ненормативную.

Мы въехали в Саратовскую область, но совсем не с той стороны, с которой наметили. Вместо того, чтобы подъехать к Саратову, минуя Тольятти и Жигулёвск, механический мозг привел нас в обход этих городов в какой-то Ивантеевский район. Водитель в очередной раз сбавил скорость. Уже совсем стемнело. Никаких населенных пунктов и, тем более, гостиниц. Откуда-то из-за поворота выехал жигуленок и поплелся за нами. Десять, двадцать километров…. На редких участках, где позволяло дорожное покрытие, Сережа давил газ. Жигуль тоже прибавлял скорость, но не обгонял и никуда не сворачивал. Въехали в поселок Знаменский, матеря навигатор и практически потеряв надежду на ночлег. Слава небесам – нашли мотель. Жигуленок припарковался рядом. Пассажиры – пятеро цыган – зашли в гостиницу за нами. Я переживала, что нашу японку уведут в неясные дали Ивантеевского района. Поэтому из машины мы выгрузили все, что только можно, и всю ночь боялись, как бы не вышло чего. К слову, на дорогах встречаются разбойники. На Иркутской трассе моей сестре как-то пытались втюхать «золотое» кольцо, вроде как в обмен на бензин. А сколько висит на дверях придорожных кафешек объявлений о пропаже людей! Но утро, вопреки опасениям, выдалось ясным и ничего неприятного с нами не случилось. Посчитали – еще 1100 километров позади.

Муж верил, что едва мы минуем Знаменский, дорога станет лучше. Но в глубине души он подозревал, что происходит что-то не то. С трассы исчезли все дальнобойщики. Легковушек тоже почти не было. Посмотрели по карте – едем в Пугачёв. Дороги в Пугачёвском районе оказались еще хуже, чем в Ивантеевском. Я не могла ни кофе налить, ни похрустеть печенюшкой. Сережа не отрывал глаз от дороги, однако всего ведь не углядишь. В какие-то моменты он резко и остервенело жал на тормоз. Авто подкидывало, как алкаша в абстиненции. На каком-то участке нас обошла обычная телега!

Конь – покоритель кочкообразных дорог Саратовской области.

Добрались до Пугачёва. Заметили, как в очередной раз поменялась природа.

На въезде в Пугачёв. Деревья тянутся к солнышку, а значит, мы все ближе к цели.

Город Пугачёв основан в 1764 году. В здешней архитектуре причудливо переплетается величественный классицизм Екатерининской эпохи и сдержанный минимализм современности.

Окна пластиковые, крыша новая. А здание –  настоящий памятник архитектуры.

Фотографировать удавалось на проблесках хорошего асфальта. А в целом в городе машину так же трясло, как и на трассе. Когда здесь что-то ремонтировали в последний раз? При жизни Емельяна?

И вот мы проехали Пугачёв. Гнев не утихал. Дальнобои не появлялись. В селе Быков Отрог Балаковского района нам преградили путь бабушки с граблями, которые почему-то ругались и энергично грозили кулаками в стекло. Отъехав от этого странного места, муж начал осмотр машины. Нам повезло – шиномонтаж не понадобился. Подлили масла, тащимся дальше.

Шиномонтаж. Очевидно, самое популярное место среди автолюбителей Балаковского района Саратовской области.

Направо поедешь – чего только не найдешь найдешь. Но лучше уж пешком.

После того, как колесо ощутимо стукнулось о соответствующее нормативам дорожное покрытие, Сережа психанул и поехал по обочине.

Едем по обочине. Навигатор, самовольно перестроив маршрут, сократил наш путь на двадцать километров, а по лоскутному одеялу мы протащились в итоге двести километров.

Мои нервишки тоже шалили только так. Я поняла, что музыкант Валерий Кипелов – мастер спорта по подливанию масла в огонь. Уж очень он любит рычание мотора и побрякивания мотоцикла делать частью своих музыкальных композиций. Из-за этой музыки постоянно казалось, что в машине что-то стучит. Минуя Саратов направились к Волгограду. Вот здесь трасса порадовала, не смотря на частые ремонтные работы.

Яркие столбики совсем как на экзамене по вождению.

Мы расслабились, остановились в кафе. Внимание привлекло вот такое милое дерево.

 Хозяева заведения стараются, чтобы даже птицы чувствствовали себя как дома.

Сытый водитель - добрый водитель.

Вдоль дороги появилась первая зеленая травушка. А на трассе торгуют унтами.

Через Волгоград быстро проехать не получилось. Мы тормозили от светофора к светофору, а потом долго петляли между кладбищами. Затем навигатор вывел в какие-то дачные поселки. И снова дело к вечеру, а мы едем там, где нет людей. Уже впотьмах добрели до Пролетарска, не добравшись до обозначенного в маршруте пункта остановки - Сальска. В этот день мы проехали 1080 километров. Предвкушая скорое окончание путешествия, завалились спать.

Продолжение путешествия читайте в воскресенье в 14.00.

Катерина ТЮЛЬКИНА

birobidjan.bezformata.ru